Трагическая статистика первой волны
Исследование французских ученых (2023) шокировало общественность: более 17 000 смертей от COVID-19 могут быть напрямую связаны с «сострадательным» применением гидроксихлорохина.
Логика заблуждения: При чем тут малярия?
В начале пандемии ученые искали сходства между вирусами и известными паразитами. Точкой соприкосновения стал белок CD-147 на мембране наших клеток.
- Малярийный плазмодий использует CD-147 для проникновения в клетку.
- S-белок коронавируса также способен взаимодействовать с этим рецептором.
Казалось логичным: если гидроксихлорохин блокирует этот путь для малярии, он должен «закрыть дверь» и для SARS-CoV-2.
Почему стратегия провалилась?
Вместо спасения препарат принес смертельные побочные эффекты. Главным из них стало нарушение сердечного ритма (аритмия). В условиях тяжелого течения вирусной инфекции сердце просто не выдерживало такой нагрузки.
Кстати, этот препарат активно рекламировал Дональд Трамп и, по слухам, даже принимал его сам. Как видим, в медицине «политический вес» не всегда гарантирует биологическую эффективность. Сегодня гидроксихлорохин практически исключен из протоколов лечения COVID-19 по всему миру.
Источник исследования (2023):
Pradelle A., Mainbourg S. et al.
Deaths induced by compassionate use of hydroxychloroquine during the first COVID-19 wave: an estimate // Biomedicine & Pharmacotherapy.